«Великая Тартария»: существовало ли такое государство на самом деле

 
 

В кругах поклонников так называемой «фолк – истори» считается доказанным существование Великой Тартарии. Их не смущает полное отсутствие археологических или письменных доказательств – всё это списывается на «заговор историков», злокозненно работающих на мировую закулису. Нет ответа и на самый, пожалуй, серьёзный вопрос – куда делись деньги Великой Тартарии, если она существовала?

 
 

Суть проблемы

Все построения базируются на присутствии на ряде европейских карт XVII-XVIII веков некой территории, обозначенной как «Тартария», занимающей примерно половину Евразии.

Право называться «отцом» теории о Великой Тартарии оспаривают несколько «исследователей», причём, нет никаких прямых доказательств, лишь домыслы и интерпретации. Непонятно даже, когда существовала Тартария. Называют XII - XVI– века, XVI-XVIII и даже XIX века. Новая струя в среде «тартарийцев» - утверждения, что ТАртария есть Скифия. Их не смущает, что скифы исчезли с исторической арены за несколько тысяч лет до нашей эры.

Нет никаких доказательств существования Тартарии – ни археологических, ни письменных, что невозможно для такой мощной и могущественной державы. Тартария – единственная империя в истории человечества, исчезнувшая без малейших следов. Нет никаких упоминаний о ней в документах сопредельных государств. Теория о «заговоре историков» не имеет смысла – её адепты просто не понимают, сколько тысяч письменных источников нужно изъять или подделать! Да так подделать, чтобы материал, на котором написан текст, сам язык полностью соответствовали эпохе, для усыпления подозрений. Ещё нужно, чтобы описываемые «выдуманные» события совпадали в хрониках разных стран. И зачем все эти трудозатраты и кто их оплачивает?

Откуда же на картах взялось название? Нашествие татаро-монголов на Европу в XIII веке вызвало ассоциирование их с демонами из Тартара (ада). Например, об этом пишет хронограф Матвей Парижский в XIII веке. Император Фридрих II Гогенштауфен в письме к английскому королю Генриху III также связывает татар с Тартаром.

Неудивительно, что территории, где обитали эти страшные племена, обозначили с идеологическим подтекстом – Тартарией. Тем более, что дальше Москвы европейцы очень долгое время не заезжали и изображали всё, что восточнее, по наитию или слухам.

Есть ещё одно соображение. Карта – это не территория. Были карты с землями, где жили песьеголовцы или люди с лицами на животе. Их тоже считать реальностью?

Финансы придуманной империи

Наконец, а где деньги Тартарии? Не бывает так, чтобы огромное государство веками функционировало без собственной валюты. Образцы должны дойти в кладах как на территории самого государства, так и сопредельных стран. Так, статеры Александра Македонского сохранились, хоть и не в промышленных масштабах, а деньги Тартарии – нет. Ни одной монетки. Напомним, что во времена, когда якобы существовала Тартария, в ходу были золотые, серебряные или медные монеты и нет причин думать, что тартарцы использовали какие-то другие материалы для денег. Хотя бы потому, что им нужно было вести внешнюю торговлю, и соседи не стали бы принимать в оплату всякую ерунду.

Стремясь объяснить отсутствие денег Тартарии, «фолк – историки» пускаются в длинные, путаные объяснения или записывают в таковые любые монеты с нечитаемыми надписями. Ловкий трюк, так можно доказать всё, что угодно!

Или с хитрым пришуром демонстрируют русские монеты с монгольскими или татарскими надписями: вот оно, мол. Тут остаётся посетовать на невежество демонстраторов – Русь долгое время входила в Улус Джучи, он же – Золотая орда. Так что удивительного, что на монетах была символика метрополии?

Возможно, в Тартарии не было монет, а использовались слитки серебра или золота. Опять-таки, на Руси был безмонетный период, но от него осталось довольно много новгородских или киевских гривен, представляющих собой слитки серебра. Ничего похожего на территории «Тартарии».

В общем, Герберт Уэллс писал про человека – невидимку, а у нас тут государство-невидимка.

Константин Барановский

https://russian7.ru/post/velikaya-tartariya-sushhestvovalo-l...

Каких советских пленных женщин немцы ненавидели больше всего

 

Несмотря на подписанные Германией Гаагскую и Женевскую конвенции о военнопленных, в ходе Второй мировой войны на Восточном фронте их положения не соблюдались. При том, что на Западноевропейском ТВД ситуация была диаметрально противоположной: пленные англичане, французы, бельгийцы содержались в лагерях во вполне цивилизованных и комфортных условиях. Но, как вспоминает Светлана Алексиевич в книге «У войны не женское лицо», самая ужасная судьба ожидала советских женщин-военнослужащих, многие из которых предпочитали смерть пленению.

..

Споры о том, был ли исходящий с самого верха приказ о том, чтобы приравнивать советских женщин-военнослужащих к партизанам и расстреливать на месте, идут до сих пор. Скорее всего, был, но, по всей видимости, устный, а не письменный. В форме документа, подписанного кем-то из руководства Третьего Рейха он точно не сохранился. Но вот в архивах 4 армии (входила в состав ГА «Центр») есть приказ за подписью Клюге с его же комментарием «Женщины в военной форме подлежат расстрелу, а не пленению». Первые месяцы войны наглядно демонстрируют, что даже если общего приказа от руководства Вермахта не было, специальные распоряжения на уровне частей и войсковых соединений существовали.

 

Существует достаточно много документальных свидетельств того, что захваченных красноармеек казнили с особой жестокостью. Позже по частям было разослано предписание ОКХ (верховного командования сухопутными силами) о признании красноармеек военнопленными и необходимости их пленения, однако в первые годы войны приказ выполнялся неохотно.

Тем более, что распоряжение имело определенные «лазейки», которыми немцы охотно пользовались. Так расстрелу подлежали «вольные стрелки» — гражданские, оказывавшие сопротивление с оружием в руках. Достаточно было сорвать с пленной женщины военную гимнастерку, и она превращалась в такого «вольного стрелка». Ну, а про многочисленные провокации и расстрелы якобы при попытке побега и говорить не стоит.

Снайперы, санитарки, разведчицы

Именно эти три категории советских женщин-военнослужащих были самыми ненавистными для солдат и офицеров Вермахта. За что в этот список угодили представители вроде бы мирной медицинской профессии – не совсем понятно. Видимо, после первых дней войны и активного сопротивления, с которым немцы столкнулись на Восточном фронте, любая женщина в форме красноармейца вызывала у них раздражение и злость.

Рядовой Вермахта Бруно Шнейдер в своих воспоминаниях рассказывал про попытки немцев перевербовать попавших в плен красноармеек. Фашистов особенно интересовали снайперши, разведчицы, диверсантки. Но случаи перехода красноармеек на сторону врага если и были, то имели исключительный характер. Так что с пленницами в военной форме немцы особенно не церемонились. Да те и не ждали ни пощады, ни сладкой жизни: несколько гранат, чтобы подорваться и забрать с собой как можно больше врагов, были обязательной частью снаряжения большинства женщин-снайперов и разведчиц.

К 1943 году ситуация на Восточном фронте начала меняться, и немцы стали все больше опасаться наказания за свои зверства. От практики жестоких казней после издевательств стали постепенно отказываться, а лагеря для военнопленных стали пополняться красноармейками.

Как рассказывает Арон Шнеер в книге «Плен», все они при поступлении проходили обязательный осмотр у гинеколога – на предмет наличия венерических заболеваний. Удивило немецких медиков то, что 9 из 10 незамужних советских солдаток были девственницами.

Популярное в

))}
Loading...
наверх