«Кавказская Прохоровка». Сражение у Сагопшина

Сегодня село Сагопши (ранее называлось Сагопшин) – довольно крупный населенный пункт на территории Малгобекского района Ингушетии. Население села составляет более 11 тысяч жителей. Жизнь здесь оставалась сравнительно мирной даже во время активной фазы двух чеченских войн, которые гремели на территории соседней республики.

Но так было не всегда. Осенью 1942 года в районе Сагопшина, Малгобека, сел Верхний и Нижний Курп, а также ближайших населенных пунктов гремели ожесточенные бои. Здесь советские войска в рамках Моздоко-Малгобекской оборонительной операции остановили наступление немцев, в том числе элитной 5-й моторизованной дивизии СС «Викинг», преградив противнику путь к кавказской нефти.


Летне-осенняя кампания Вермахта на Восточном фронте в 1942 году предполагала активное наступление немецких войск на южном фланге советско-германского фронта. Основной идеей операции под кодовым названием «Блау» было наступление 6-й полевой и 4-й танковых армий на Сталинград, их выход к Волге, а также наступление на Ростов-на-Дону с дальнейшим общим наступлением немецких войск на Кавказ. После того как немецкие войска заняли Ростов-на-Дону, Гитлер посчитал план операции «Блау» достигнутым и 23 июля 1942 года была издана новая директива №45 о продолжении уже новой операции под кодовым названием «Брауншвейг».

В соответствии с новым планам группе армий «А» силами армейской группы Руоффа (17-я армия и 3-я румынская армия) ставилась задача нанести удар через Западный Кавказ и далее вдоль черноморского побережья с выходом к району Батуми и имеющимся здесь запасам нефти с целью захвата всего этого района. Силам 1-й и 4-й танковых армий ставилась задача овладеть нефтяными районами Майкопа и Грозного, а также перевалами Центрального Кавказа, продвинувшись к Баку и Тбилиси. Группа армий «Б» силами 6-й армии должна была захватить Сталинград, заняв оборону на остальном фронте на рубеже Дона. Решение об овладении Астраханью должно было быть принято после захвата Сталинграда. 

«Кавказская Прохоровка». Сражение у Сагопшина

Наступающие на Сталинград немецкие части


Удар Вермахта с продвижением на Кавказ преследовал важную стратегическую цель – добраться до местной нефти. Не зря говорят, что нефть – это кровь войны. Без нее не взлетят в небо самолеты и не поползут по земле танки. Германия на протяжении всей Второй мировой войны испытывала проблемы с поставками углеводородного топлива. В то же время на 1940 год в СССР добывалось 33 миллиона тонн нефти, из которых около 22,3 миллионов тонн добывалось в Азербайджане (Азнефетедобыча) – 73,63%, еще более 2,2 миллионов тонн добывалось в районе Грозного (Грознефть), вместе с Дагнефтью они давали еще 7,5% добычи черного золота. Сдача этих регионов немцам могла стать сокрушительным ударом по СССР. Еще одной, но уже второстепенной задачей Вермахта, была ликвидация канала поставки военной техники и товаров промышленного назначения из Ирана в СССР в рамках программы Ленд-лиза. 

Реализуя на практике свой план, немецкие войска 2 сентября пересекли реку Терек, вклинившись в советскую оборону. Ожесточенное оборонительное сражение развернулось в районе Малгобека и расположенных в непосредственной близости от него сел, которые перекрывали немцам путь в Алханчуртскую долину, от которой до грозненской нефти было уже рукой подать. Одной из точек для своего удара немецкое командование выбрало район вокруг села Сагопшин южнее Малгобека. 

Именно под Сагопшином, у входа в Алханчуртскую долину, произошло одно из крупнейших встречных танковых сражений всей летне-осенней кампании 1942 года на советско-германском фронте. С обеих сторон в боях участвовало до 120 танков и самоходных орудий. С советской стороны в сражении принимала участие 52-я танковая бригада, которой на тот момент командовал майор Владимир Иванович Филиппов (с 29.10.1942 – подполковник), а с немецкой стороны части элитной 5-й моторизованной дивизии СС «Викинг». Развернувшееся возле Сагопшина сражение в настоящее время называют «кавказской Прохоровкой», естественно, делая поправку на количество и силу участвовавших в боях частей и соединений. 



Под Сагопшин 5-я моторизованная дивизия СС «Викинг» перебросила крупную группировку своих сил: моторизованные полки «Вестланд» и «Нордланд», танковый батальон «Викинг», части самоходного противотанкового дивизиона и всю артиллерию. Хотя дивизия понесла потери в предыдущих боях и испытывала снарядный голод, располагаемые средства и в танках, и в пехоте по-прежнему были значительными. В танковом батальоне «Викинга» насчитывалось 48 боевых машин, главным образом, это были средние танки Pz III с длинноствольными 50-мм пушками (34 машины), а также 9 танков Pz IV и пять легких Pz II. Также немцы располагали здесь, как минимум десятком самоходных установок из состава противотанкового дивизиона СС «Викинг», скорее всего, это были какие-то модели САУ «Мардер», которые активно использовались немцами в боях за Сталинград и Кавказ летом-осенью 1942 года. Об этом же свидетельствуют мемуары немецкого танкиста Тике Вильгельма, который описывал их как орудия на самоходных лафетах. Численность немецких танков и противотанковых орудий взята из статьи Станислава Черникова «Танковый бой у Сагопшина. Кавказская Прохоровка».

С советской стороны единственным подвижным соединением на этом направлении была 52-я танковая бригада майора Филиппова. Скорее всего, к тому моменту она имела в своем составе не более 40-50 находящихся на ходу танков. Помимо танков 52-й бригады с советской стороны в бою 28 сентября участвовали батальон мотопехоты и 863-й истребительно-противотанковый полк майора Ф. Долинского. В пользу советской стороны были выгодные оборонительные позиции, благоприятные условия местности, которые дополнились грамотными действиями командиров. На этом же участка оборонялась 57-я гвардейская стрелковая бригада, которая ранее подвергалась массированным атакам. 26 сентября немцы прорвали ее позиции, а в бою 28 сентября пехота бригады в ходе массированной атаки танков противника частью отступила, частью разбежалась, не оказывая противнику должного противодействия. 

52-я танковая бригада относилась к частям уже военного формирования, процесс ее создания начался 21 декабря 1941 года в Тбилиси. Кадрами для нее стали солдаты и офицеры 21-го запасного танкового полка, 28-й запасной стрелковой бригады, 21-й истребительной авиашколы и 18-го запасного транспортного полка. С 22 декабря 1941 года по 3 августа 1942 года бригада занималась изучением сложных боевых машин, сколачиванием экипажей, взводов, рот, батальонов и бригады в целом. К моменту отправки на фронт 8 августа 1942 года бригада была полностью оснащена вооружением и техникой. На 11 мая в ее составе имелось 10 тяжелых танков КВ-1, 20 средних танков Т-34 и 16 легких танков Т-60, численность личного состава 1103 человека. 



К концу сентября – началу октября 1942 года состав боевой техники бригады был уже очень разношерстным, к примеру, по данным на 1 октября 1942 года (через два дня после сражения) в составе бригады было 3 тяжелых танка КВ-1, 3 средних танка – Т-34, 8 легких танков – Т-60, 9 американских – М3л и 10 британских МК-3, также в составе числились два трофейных Т-3, которые, с большой долей вероятности, стали трофеями сражения возле Сагопшина. Также данные цифры говорят о том, что восполнение потерь бригады в боях августа-сентября 1942 года шло за счет поставок ленд-лизовской техники: американских танков M3 Stuart (М3л) и британских Mk III Valentine (МК-3). При этом советская сторона отчиталась по итогам боя 28 сентября о потере 10 танков – пять сгоревшими и пять подбитыми.

Филиппов и Долинский совместно разработали план будущего сражения. Они решили защищаться на узком участке между Сунженским и Терским горными хребтами. Здесь были созданы три линии противотанковых оборонительных пунктов (ПТОПов), каждый из которых состоял из танковой засады, противотанковых пушек на флангах и автоматчиков. Первая линия обороны, состоявшая из трех таких засад, призвана была разбить главный ударный «таран» немцев, рассредоточить их силы и нанести противнику максимальный урон. На этой линии были размещены танки М3л и «тридцатьчетверки», на второй линии ПТОПов стояли все имеющиеся танки КВ и 76-мм орудия. Третья линия была нужна по большей части для того, чтобы разбить те немецкие силы, которым удалось бы прорваться через первые оборонительные рубежи. Советские командиры смогли подготовить на направлении удара противника настоящий капкан из эшелонированной обороны. 28 сентября наступающие немецкие части угодили в расставленную для них ловушку, увязнув в обороне советских ПТОПОв, а все, что произошло в течение многочасового боя позднее, вошло в историю как танковое сражение в битве у Малгобека, а современный исследователь Т. Матиев назвал произошедшее «кавказской Прохоровкой». 

Еще утром 26 сентября командиру 5-й моторизованной дивизии СС «Викинг» поступила радиограмма от командующего 1-й танковой армией, которая ставила задачу дня: «Вся армия смотрит на Вашу дивизию. Ваша задача — пробить армии путь на Грозный. Жду Вас с Вашим передовым отрядом сегодня вечером в 18.00 у Сагопшина. Подписано: фон Клейст». 26 сентября добраться до Сагопшина гитлеровцы не сумели, но попыток прорыва не оставляли, к тому же им действительно удалось продвинуться на этом направлении, тесня пехоту 57 ГСБр. 

Ночь на 28 сентября боевая группа «Викинг» провела на большом кукурузном поле, готовая с рассветом продолжить наступление в направлении Сагопшина. Танки и самоходные орудия на лафетах заняли круговую оборону, при этом по ним вела беспокоящий огонь русская артиллерия. Подошедший ближе к танкам моторизованный полк «Вестланд» начал нести первые потери. И все же урон от артиллерийского огня был больше моральным, чем физическим. Даже в советских сводках отмечалось, что на рассвете 28 сентября противник «силою 120 танков, поддерживаемых автоматчиками и сильным артиллерийско-минометным огнем, повел наступление из района Озерный двумя колоннами, трехэшелонного состава». При этом численность немецких танков в документе была преувеличена, в тот день немцы могли одновременно использовать не более 50-60 танков и самоходок. 

Танки КВ-1 и Т-34 52-й танковой бригады


План немецкого наступления предусматривал: 1-я рота танкового батальона «Викинг» с главными силами полка «Вестланд» атакует Сагопшин с фронта. 2-я рота танкового батальона «Викинг» обходит Сагопшин с севера и выходит на дорогу Сагопшин – Нижние Ачалуки, перекрывая ее и, в зависимости от складывающейся обстановки, атакует Сагопшин с тыла. Решение о времени атаки принимал командир танкового батальона «Викинг». Его расчет был в том, чтобы максимально использовать утренний туман, который должен был исключить превосходство танков Т-34 и КВ в дальности эффективной стрельбы, так как немецкие танки Pz III и Pz IV в этом плане были достаточно уязвимы. 

До того как туман рассеялся, немцы успели углубиться в оборону советских частей, преодолев первые позиции. Однако как только защита тумана спала, убийственный огонь обрушился по противнику со всех сторон. По танкам ударила артиллерия и минометы с дистанции менее 700 метров, а ружейно-пулеметный огонь прижал к земле мотопехоту, отсекая ее от боевой техники. Немцы отмечали, что с высот от Малгобека по ним вела огонь артиллерия противника. Фронтальная атака батальонов полка «Вестланд» на Сагопшин ни к чему не привела, пехота залегла, при этом практически сразу же был убит командир головной роты гауптштурмфюрер Виллер (соответствовало гауптману/капитану в Вермахте).

Не заметив, что пехота отсеяна огнем и отходит, немецкие танки попытались продолжить атаку, продвинувшись вплотную к советским позициям. При этом уже на первом рубеже они потеряли шесть танков. Был уничтожен и танк командира танкового батальона «Викинг» штурмбанфюрера (майора) Мюленкампа. Позднее, описывая этот бой, он отметил, что солнце пробилось сквозь облака раньше, чем ожидалось, уже около 7 часов утра, после чего туман мгновенно расселся. Тогда же он обнаружил, что они уже находятся посреди полевых оборонительных позиций противника, в линии его траншей и опорных пунктов. В 800 метрах от себя он увидел советские танки, которые определил как Т-34. По воспоминаниям Мюленкампа, огонь по ним вели и танки, и артиллерия. Довольно быстро танк командира батальона был подбит, первый снаряд попал в корму танка за башней, вспыхнул двигатель. Второе попадание пришлось в передний люк, был ранен механик-водитель. Третье попадание пришлось в башню справа сзади. Двухсоткилограммовый люк провалился в боевое отделение, отрубив руку радисту, который в это время вел огонь из пулемета. Мюленкампу удалось пережить этот бой, он покинул уже горящий танк через нижний люк и помог выбраться тяжелораненым механику-водителю и радисту. Уже возле покинутой боевой машины огнем из пулемета с проехавшего в 100 метрах от них советского танка был смертельно ранен наводчик из экипажа Мюленкампа, в командирском танке – это всегда офицер связи батальона – унтерштурмфюрер (лейтенант) Кёнтроп. Позднее Мюленкамп дважды пересаживался в другие танки, чтобы наладить управление батальоном, но дважды танки были подбиты, первый раз в 9 часов утра, второй раз уже в 15 часов дня. 

Танки Pz III 5-й моторизованной дивизии СС "Викинг" и отдыхающие танковые экипажи


Вокруг разгорался встречный танковый бой, в котором увязла вся бронетехника дивизии «Викинг». В этом бою немцы несли серьезные потери. Танкистам 52-й бригады и артиллеристам 863-й истребительно-противотанкового полка удалось подбить танки командиров 1-й и 3-й немецких рот гауптштурмфюрера Шнабеля и гауптштурмфюрера Даргеса. Также в бою была уничтожена самоходка командира 3-й роты 5-го противотанкового дивизиона гауптштурмфюрера Йока, который был серьезно ранен осколками в плечо. Все это осложняло для немцев управление боем, снижая организованность атаки. Очень скоро к советским танкам и противотанкистам присоединились гаубицы и «Катюши», батареи которых занимали позиции в самом Сагопшине и Малгобеке, а над полем боя появились советские штурмовики. 

Сами немцы утверждали потом, что их танковый батальон угодил под встречный удар более чем 80 танков противника, но теперь преувеличивали численность советских танкистов уже они. Несмотря на это, совместные действия советских танкистов, артиллеристов и авиации произвели на немцев гнетущее впечатление. Особенно серьезные потери понес полк «Вестланд» и его первый батальон, попавшие под сосредоточенный огонь артиллерии разных калибров. «Когда я позднее прибыл на командный пункт 1-го батальона полка «Вестланд», я увидел там его командира фон Хадельна, который в полной растерянности разбирался с погибшими своего батальона. Перед ним лежали многочисленные кучки с остатками тел, рук, ног, разорванных в клочья снарядами противника. Никогда не забуду этой ужасной картины!», – вспоминал уже после боя Мюленкамп. 

Во второй половине дня немцы, придя в себя и совершив перегруппировку сил, вновь решили перейти в наступление. К тому моменту танковый батальон «Викинг» уже потерял около трети своих боевых машин. Сражение разгорелось с новой силой, разделившись на несколько отдельных схваток. Согласно документам 52-й танковой бригады, примерно дюжина немецких танков прорвалась к КП бригады, где с ними в бой вынужден был на своем танке вступить майор Филиппов, записав на счет своего экипажа пять машин противника. Ситуация при этом оставалась тяжелой, поэтому комбриг бросил в бой свой резерв – роту из 7 танков, которая атаковала части эсесовцев во фланг, подбив несколько машин противника. Умелые действия советских танкистов оценил даже Мюленкамп: «И тут я увидел, что русские Т-34 обошли нас и вклиниваются между танковым батальоном и полком «Вестланд». Замечательно кто-то командовал этой танковой частью русских». Примерно в это время Мюленкампа подбили уже в третий раз за день. 

Танки М3л 52-й танковой бригады


В бой с немцами пришлось вступить и командиру противотанкового артиллерийского полка Долинскому, он лично встал к орудию, расчет которого погиб в бою, подбив два танка противника. Также отличилась батарея старшего лейтенанта П. Дыма, которая уничтожила за день несколько танков (по документам аж 17, но это явное преувеличение), несколько автомобилей и артиллерийскую батарею противника. В итоге, понеся большие потери и так и не сумев прорвать советскую оборону, немцы отступили. Полк «Вестланд» отошел на два километра к западу, укрывшись за складками местности. Отступив, немцы до наступления ночи строили линию обороны в низине перед Сагопшином. 

28 сентября немцы не ограничились фронтальным ударом. Примерно десяток танков противника под командованием оберштурмфюрера Флюгеля с десантом автоматчиков на броне обошли советские позиции с фланга и устремились в обход Сагопшина с севера. Немцы начали выдвижение еще до начала бойни, развернувшейся в долине. При этом им крупно повезло, по меткам-шестам, которые были случайно забыты советскими саперами, они обнаружили проход через минное поле и воспользовались им. К счастью для обороняющихся советских бойцов, данная группа наткнулась на советские танки, находившиеся на пологих склонах ущелья, что замедлило ее продвижение. Ко второй половине дня танки Флюгеля блокировали дорогу Сагопшин – Нижние Ачалуки, но не смогли развить успех и заняли оборону в этом районе, ожидая подкрепления. Они не знали, что основные силы танкового батальона и полка «Вестланд» понесли огромные потери в долине и наглухо застряли там в советской эшелонированной обороне. 

Примерно в это же время на танках Флюгеля сосредоточила огонь советская тяжелая артиллерия, танкисты вынуждены были занять оставленный советский противотанковый ров, укрыв в них танки по башню. Здесь они переждали день, решив отступать с наступлением темноты. Ночью они успели еще захватить несколько групп пленных из числа советских пехотинцев, не ожидавших обнаружить здесь противника, а 29 сентября оставили занимаемые позиции. 

Командир 52-й танковой бригады майор Филиппов


Бой 28 сентября 1942 года у Сагопшина длился порядка 10 часов. По советским данным, немцы потеряли в бою 54 танка и самоходки, из них 23 – сгоревшими (скорее всего, меньше). Потери бригады Филиппова по официальному отчету составили 10 танков, из них пять боевых машин было потеряно безвозвратно. В то же время немецкие документы подтверждали, что собственные потери бронетехники у «Викинга» в этот день превосходили советские. 29-30 сентября они продолжали попытки прорыва на этом направлении, но уже преимущественно одной пехотой. Во многом именно у Сагопшина решилась судьба всего Малгобекского сражения, а оно в свою очередь поставило крест на планах немецкого командования по захвату нефтяных месторождений Кавказа. 

Источники информации:
https://worldoftanks.ru/ru/news/history/caucasian_prohorovka
http://tankfront.ru/ussr/tbr/tbr052.html
Тике Вильгельм. Марш на Кавказ. Битва за нефть 1942-1943 гг. М.: Эксмо, 2005
Действия 52-й танковой бригады 11-30 сентября 1942 года 52tbr.ucoz.ru
Материалы из открытых источников