Олег Пеньковский: советский предатель, который спровоцировал Карибский кризис

Как считают многие историки, именно предательство полковника ГРУ Олега Пеньковского спровоцировало одну из самых острых ситуаций в «холодной войне» между СССР и США, максимально приблизив две мировые супердержавы к возможности ядерного противостояния.

Кто он был и как предавал

Генерал-лейтенант юстиции Николай Чистяков, возглавлявший во время следствия и суда над Пеньковским Следственное управление КГБ при Совмине СССР, писал в своей книге «Ловля «кротов». Тайные трибуналы КГБ», что будущий шпион воспитывался в неполной семье, его растила мать.

После окончания артиллерийского училища в финской и Великой Отечественной войне был в основном на политработе. Карьера в ГРУ у него началась после окончания Военно-дипломатической академии в 1953 году.

По информации российского историка мировых разведок, писателя Геннадия Соколова, Пеньковский сам инициировал свою встречу с иностранной разведкой, специально никто его не вербовал. Многие документы о деле шпиона до сих пор засекречены, и в полной мере неизвестно, когда, кому, сколько и какого характера информацию он передал. Ветеран отечественных разведслужб Анатолий Максимов в своей книге «Главной Тайне ГРУ» пишет, цитируя приговор Пеньковскому: с 1961 по 1962 год офицер ГРУ более года сообщал сверхсекретные данные английской и американской разведкам. Документы он начал передавать с апреля 1961 года, во время своей лондонской служебной командировки. Это были фотопленки с кадрами переснятых секретных бумаг, шифровки.

Чем шпион оказался полезен

По мнению западных спецслужб, озвученному изданием «Совершенно секретно», Пеньковский оказался самым результативным информатором за всю историю «холодной войны», и именно он сообщил иностранным разведкам, решившим объединить свои усилия в противоборстве с «империей зла», важнейшие сведения о поставке СССР на Кубу баллистических ракет средней дальности Р-12. Аналогичной версии придерживается журналист и политик Александр Хинштейн, занимающийся историей советских и российских спецслужб, а также известный советский перебежчик, полковник КГБ СССР Олег Гордиевский, считавший Пеньковского «единственным серьезным источником на Западе».

Публицист Геннадий Соколов утверждает, что за все время сотрудничества с английской и американской разведками Олег Пеньковский передал более тысячи машинописных страниц копий секретных документов и свыше ста фотопленок со снимками информации, составляющей гостайну. У него как у заместителя начальника управления внешних сношений Госкомитета по координации научно-исследовательских работ при Совмине СССР (официальное прикрытие офицера ГРУ на Западе) был широчайший доступ к источникам особо ценных для ЦРУ сведений. Утверждают, что информатором Олега Пеньковского был главный маршал ракетных войск и артиллерии Советского Союза Сергей Варенцов (в свое время предатель служил у него адьютантом), а негласное покровительство шпиону, в частности, оказывал и тесть – генерал-лейтенант Дмитрий Галанович, в последние годы жизни начальник главка боевой и политической подготовки сухопутных войск ВС СССР.

Олег Гордиевский в интервью «Радио Свобода» говорил, что его тезка Пеньковский до деталей сообщил ЦРУ подробности операции «Анадырь» – сколько ракет СССР перебросил на Кубу, какие они, другие детали этой акции. По мнению Гордиевского, данная информация помогла Америке реально оценить возможность и эффективность ядерного удара со стороны Советского Союза, и впоследствии способствовала началу переговорного процесса между Хрущевыми и Кеннеди.

... Среди историков до сих пор существуют неразрешимые противоречия о роли Пеньковского в эскалации Карибского кризиса. Противники точки зрения Гордиевского (в частности, советский и российский разведчик, Герой России Александр Феклистов), считали, что этот шпион просто не мог в полной мере информировать западные спецслужбы о деталях операции «Анадырь»: советские ракеты доставили на Кубу 14 октября 1962 года, а уже через несколько дней после этого Пеньковского арестовали. Перед арестом шпиона долгое время «пасли», поэтому передать соответствующие сведения на Запад тот просто не имел возможности.

Николай Сыромятников

https://russian7.ru/post/oleg-penkovskiy-sovetskiy-predatel/

Каких советских пленных женщин немцы ненавидели больше всего

 

Несмотря на подписанные Германией Гаагскую и Женевскую конвенции о военнопленных, в ходе Второй мировой войны на Восточном фронте их положения не соблюдались. При том, что на Западноевропейском ТВД ситуация была диаметрально противоположной: пленные англичане, французы, бельгийцы содержались в лагерях во вполне цивилизованных и комфортных условиях. Но, как вспоминает Светлана Алексиевич в книге «У войны не женское лицо», самая ужасная судьба ожидала советских женщин-военнослужащих, многие из которых предпочитали смерть пленению.

..

Споры о том, был ли исходящий с самого верха приказ о том, чтобы приравнивать советских женщин-военнослужащих к партизанам и расстреливать на месте, идут до сих пор. Скорее всего, был, но, по всей видимости, устный, а не письменный. В форме документа, подписанного кем-то из руководства Третьего Рейха он точно не сохранился. Но вот в архивах 4 армии (входила в состав ГА «Центр») есть приказ за подписью Клюге с его же комментарием «Женщины в военной форме подлежат расстрелу, а не пленению». Первые месяцы войны наглядно демонстрируют, что даже если общего приказа от руководства Вермахта не было, специальные распоряжения на уровне частей и войсковых соединений существовали.

 

Существует достаточно много документальных свидетельств того, что захваченных красноармеек казнили с особой жестокостью. Позже по частям было разослано предписание ОКХ (верховного командования сухопутными силами) о признании красноармеек военнопленными и необходимости их пленения, однако в первые годы войны приказ выполнялся неохотно.

Тем более, что распоряжение имело определенные «лазейки», которыми немцы охотно пользовались. Так расстрелу подлежали «вольные стрелки» — гражданские, оказывавшие сопротивление с оружием в руках. Достаточно было сорвать с пленной женщины военную гимнастерку, и она превращалась в такого «вольного стрелка». Ну, а про многочисленные провокации и расстрелы якобы при попытке побега и говорить не стоит.

Снайперы, санитарки, разведчицы

Именно эти три категории советских женщин-военнослужащих были самыми ненавистными для солдат и офицеров Вермахта. За что в этот список угодили представители вроде бы мирной медицинской профессии – не совсем понятно. Видимо, после первых дней войны и активного сопротивления, с которым немцы столкнулись на Восточном фронте, любая женщина в форме красноармейца вызывала у них раздражение и злость.

Рядовой Вермахта Бруно Шнейдер в своих воспоминаниях рассказывал про попытки немцев перевербовать попавших в плен красноармеек. Фашистов особенно интересовали снайперши, разведчицы, диверсантки. Но случаи перехода красноармеек на сторону врага если и были, то имели исключительный характер. Так что с пленницами в военной форме немцы особенно не церемонились. Да те и не ждали ни пощады, ни сладкой жизни: несколько гранат, чтобы подорваться и забрать с собой как можно больше врагов, были обязательной частью снаряжения большинства женщин-снайперов и разведчиц.

К 1943 году ситуация на Восточном фронте начала меняться, и немцы стали все больше опасаться наказания за свои зверства. От практики жестоких казней после издевательств стали постепенно отказываться, а лагеря для военнопленных стали пополняться красноармейками.

Как рассказывает Арон Шнеер в книге «Плен», все они при поступлении проходили обязательный осмотр у гинеколога – на предмет наличия венерических заболеваний. Удивило немецких медиков то, что 9 из 10 незамужних советских солдаток были девственницами.

Популярное в

))}
Loading...
наверх