Игорь Молд предлагает Вам запомнить сайт «Любители истории»
Вы хотите запомнить сайт «Любители истории»?
Да Нет
×
Прогноз погоды
Читать

Древности Руси. Цивилизация Бояна Вещего

развернуть

Древности Руси. Цивилизация Бояна Вещего

Вот что о греках писал Саллюстий (III в. до Р.Х.):

«Подвиги афинян, по моему мнению, были достаточно блистательны и великолепны, но гораздо менее значительны, чем о них говорит молва. Но так как в Афинах появились писатели чрезвычайного дарования, то деяния афинян и прославляются во всем мире как величайшие» [560] (гл. 8).

То есть афиняне научились уже в ту пору самому главному из своих «искусств» — лгать: «лукави суть греци из начала». Вот откуда эта их способность выдавать желаемое за действительное. Причем, не брезгуя при этом вообще ни чем. В том числе приписывая себе авторство произведений, им никогда не принадлежавших. Тем более что еще в те далекие времена, что на самом деле, как теперь выясняется, они еще оставались безграмотными. Но лишь по самым общим прикидкам специалистами в области языкознания обнаруживаются слишком грубые следы работы их этих «писателей чрезвычайного дарования». То есть фальсификаторов. Савельев Е.П. (1915):

«Многие исследователи пришли к заключению, что Илиада была первоначально написана на языке славяно-русском и что автором этой поэмы был Дарес, он же Омир или Баян» [336] (с. 84).

И так во всем. В том числе и по части полной беззубости их наук по овладению нашими первокласснейшими крепостями. У Трои эллины-миккенцы (греки-дорийцы) протоптались 10 лет, постоянно все это время получая по зубам от защитников этого последнего бастиона славяно-русов в Троаде. Такова была их техника по овладению крепостями. Все их усилия и проливаемая кровь были напрасны:

«…дондеже волхви им пророчеством изрекоша, яко несть мощно по рати взяти Трои, ни руками, ни по мечю, но токмо листию единою» [141] (с. 243).

Вот у кого были волхвы, что выясняется, — у эллинов. А вовсе не у нас, на кого повешены историками их сатанизм и чумазость.

Это вот представьте себе — какой совершенной должна быть крепость, чтобы не пускать за свои бастионы врага долгих десять лет? И были ли у кого такие крепости и такие люди, умеющие их так самоотверженно защищать?

Но город пал. И случилось это только после коварного обмана, успешно проведенного этой нацией обманщиков: «лукави суть греци изначала».

Война пеласгов с эллинами пронизывает всю историю Древней Греции. Вот один из ее эпизодов, в котором экспансия язычников была вынесена уже к берегам Италии:

«Весной 415 афиняне предприняли экспедицию (260 триер, 38 тыс. чел.) в Сицилию, но попытка штурмовать укрепления Сиракуз успеха не имела. Афинский флот был разбит и сожжен в сиракузской гавани, войско, отступавшее вглубь острова, было окружено и разгромлено.

Афины в 413 направили в Сиракузы еще 26-тыс. войско. Однако и это не обезпечило им успеха. Военная авантюра Афин потерпела крах» [168] (т. 6, с. 257).

А вот какая взаимосвязь прослеживается между греко-пеласгами и персо-ассирийцами, совершенно четко отделяя эти славянские народы от эллиноязычных Афин:

«Построенный при поддержке Персии спартанский флот под командованием флотоводца Лисандра был разбит афинянами при Аргинусских островах у берегов Малой Азии (406). После этого Персия вновь помогла спартанцам восстановить флот, к-рый в сражении при Эгоспотамах в 405 нанес афинскому флоту поражение. В апр. 404 Афины, осажденные с суши и с моря, капитулировали… Война привела к… новому возвышению Персидской державы» [168] (т. 6, с. 257–258).

Так прослеживается взаимодействие несомненно единоверных и единокровных народов против экспансии общего для них врага — языческих Афин.

А ведь все когда-либо ведшиеся войны обычно имели и продолжают иметь исключительно религиозный характер. Это достаточно несложно проследить по истории Древней Греции. Вот с каких пор там восторжествовали боги Олимпа:

«Возвышение Македонии и завоевания Александра Македонского открыли период эллинизма…» [168] (Т. 3, с. 44).

Так какую же религию представляет собою эллинизм, являющийся могильщиком того первого Рима, которым являлось Царство персидского Царя Кира, принявшего в своей Империи ветхозаветное исповедание родственного им славяноязычного Израиля? Для уничтожения веры в Бога, который благословен, именно на восток были направлены удары предводителя языческих войск Александра Македонского. А внедряемая им вера означает:

«Еллинство = многобожие, язычество. Скриж. 843, вера Еллинская» [36] (с. 173).

Самоназвание этой нации, означающей язычество, является символом не только иноязычия, но и иноверия:

«Елиньскыи — это слово значит собственно: языческий и “елини”… в Ос. Еванг. употребляетсявсмыслеязычников, что видно, напр., из Иоан. 12, 20, где этому слову в чешск. отр. X в. соответствует pohanowe, а у Ульфилы piudo, то есть язычники (Рус. дост., I, 114; сн. Буслаева, О влиян. христ. на слав. яз., 1848 г., с. 118)» [36] (с. 976).

Именно от этой погани и призваны были нас защищать наши поистине циклопические сооружения древности — Змеевы валы.

А вот как выглядит структура вооруженных сил тех, от кого нам приходилось еще с VI в. до Р.Х. воздвигать защитные сооружения:

«Для обороны А[фин] каждая наукрария должна была снаряжать один воен[ный] корабль» [168] (Т. 1, с. 327).

Что-то не слишком такие приготовления походят на оборону. Куда как больше — на нападение. Но почему нынешнее население Греции отнюдь не представляет собой той агрессивной среды, где чуть ли ни каждый поселок выставлял для набегов на сопредельные государства свое пиратское судно?

Нынешнее население Европы, как считает исследователь наших древностей В.В. Макаренко, в своей основе является пришлым. Причем народы, населяющие сегодня Скандинавию, по его мнению, что соответствует очень многим им обнаруженным культурным связям Древней Греции и этой северной оконечности Западной Европы, некогда и заселяли рассматриваемую нами территорию. И вот, кстати говоря, откуда могли появиться возможности у каждой здесь в ту пору располагающейся морской страны, имеющей просто мизерные посевные площади, на постройку столь не малого количества морских судов. Все эти страны представляли собой сообщество пиратов, которые стаями и порознь нападали на близлежащие города, грабили торговые суда. И даже, периодически, собравшись скопом, покушались нападать и на близлежащие страны.

А их расселению и роду ремесла аккурат и соответствовала занимаемая ими местность. Ведь исключительно здесь и можно было под прикрытием самой природой оборудованных бухт, защищенных недоступными для нападения с суши скалами, оборудовать свои пиратские становища, из которых и совершать многочисленные набеги.

Так что же в конечном итоге повлияло на переселение отсюда этих агрессивных племен на север Европы?

Здесь, судя по всему, смена квартир происходит из-за переселения культурных народов из данного региона на север. Славяне, которые и являлись донором этой паразитической части народонаселения планеты на протяжении тысячелетия (от Вавилонского пленения до «переселения народов»), из-за высыхания рек и озер покидают Малую Россию (Малую Азию), Северию (Сирию), Русский остров (Междуречье), Сомали (Сама Лия) и расселяются по всей Северной Европе.

Паразитам становится некого грабить. Потому они ищут сходную с Грецией местность на севере континента и находят ее. Потому в VI веке и появляются в Северной Европе пиратские корабли, базирующиеся в недоступных с берега норвежских шхерах. И именно эта республика грабителей, в конце концов закомуфлировав свое жестокое идолище под Бога Творца, то есть благодаря организации крестовых походов, захватывает власть в Европе, разными способами превратив своих извечных доноров славян в католиков — адептов своей собственной ереси. Потому и нынешняя глобализация возглавляется их потомками — потомками морских корсаров — английскими королями. Которые и ведут свою агрессию вот уже тысячелетие из Лондона, нового места обитания норманнских корсаров, — лона Дана. То есть с территории очень удобного для набегов островного государства.

А вот что говорят самые первые сведения о возникновении этих грабительских сообществ. Какое-то из десяти Израилевых колен, некогда ушедших из плена Ассирийского на Дальний Восток, имеет определенную связь с появлением Дракона как на Дальнем Востоке, так и в греческих Афинах:

«Ок. 621 до н.э. появились первые писаные законы — т.н. законы архонта (правителя) Драконта. Известные суровостью…» [168] (Т. 1, с. 327).

Иными словами драконовские законы появляются именно у поганых. Причем, уж писаными они быть не могут лишь вследствие неграмотности в ту пору туземного населения Греции. Именно от орд эллинского архонта Драконта, от которого в ту давнюю пору и появляются самые с нашей стороны первые защитные сооружения — Змеевы валы.

Так вот чем, что самое здесь интересное, является этот общепринятый в Древней Греции символ:

«Драконъ — …эмблема нечистой силы, язычества, невежества, изображается в профиль с лапами грифа, на которых и покоится; язык его похож на жало, крылья у него такие же, как у летучей мыши, а туловище оканчивается рыбьим хвостом. Св. Георгий, поражающий дракона — символ победы христианства над язычеством (Зап. археологич. Общ. Т. VII, с. 67)» [36] (с. 969).

«Дракон. Упоминается в неканонической части Книги Пророка Даниила [Дан 14, 23–27], где говорится о поклонении ему вавилонян» [138] (с. 197).

«Неканоничность» именно этого момента говорит достаточно о многом: обладателям некоего «библейского» языка, то есть на самом деле хананейского, очень хотелось скрыть тот факт, что их вавилонский идол по имени Бел, именно к 621 г. до Р.Х. занесенный в Афины, является самым настоящим драконом. Так что же это за зверь такой засекреченный?

«Драконъ — (…) = дракон [Ис 24,1], обыкновенно переводится змий [Иер 9, 11]… и означает в духовном смысле диавола[Апок 20, 2. Ср Быт 3, 1]» [36] (с. 154).

То есть, как теперь выясняется, язычники Эллады полностью тождественны предметом своего поклонения городу пороков и разврата — Вавилону. Что подтверждается и их общим божеством:

«…греки отождествляли своего бога Пана с Ваалом» [138] (с. 360).

Ваал же зафиксирован в наименовании города на Ермоне как Ваал-Гад. Где Гад — зверь змеюка — Перун. То есть то самое полуинфернальное заморское чудище, от которого извечно и защищалась Русь Змеевыми валами.

Теперь понятен взгляд русского человека на басурманского покроя инородчину:

«К сожалению, — замечает Павел, епископ Никольск-Уссурийский, — у нас к инородцам и иноверцам далеко не всегда замечается доброжелательное отношение, особенно среди простонародья, наоборот чаще замечается высокомерие, причем называют инородцев — “тварями”, “погаными”…» [118] (с. 147).

Видать, хороша была память у русского человека в дореволюционную пору. Он, по тем временам, еще не успел забыть, для защиты от кого его пращуры сооружали Змеевы валы.

Кстати, так ведь именно Дракону этому самому и посвящались вообще все пиратские судна Скандинавии. Они именовались драккарами [280].

Что же собою представляет этот драконовский столь странный титул — архонт?

Обратимся к величайшим специалистам в области мифологии — мифологам от истории советского периода:

«В древнеславянской религии, несомненно, существовали священные и жертвенные места…» [142] (с. 309)

Которые, что и вполне естественно, ими «пока не найдены». Но на сегодняшний день известно лишь о двух таких местах. Первое:

«…Арконское святилище на острове Рюгене…» [142] (с. 309).

То есть святилище, находящееся теперь за рубежом нашей державы, посвящено все тому же архонту, от чьей драконоутверждающей сущности и защищались наши пращуры!

Второе:

«…дохристианское святилище в Киеве» [142] (с. 309).

Именно то самое, которое советские историки приписывают князю Владимиру. Где он, все по тем же рассказам, приносил человеческие жертвоприношения, как получается, все тому же архонту по имени Драконт.

Других таких поганых мест ни на бывшей территории нашего местопребывания, ни на нынешней — не обнаружено вообще ни одного!!!

То есть не было никогда на наших землях того самого поганства, которое столь упорно приписывают нам лжеисторики. К нам в Киевскую Русь оно было занесено лишь при князе Владимире. И существовало это капище именно в тот короткий исторический промежуток, который совпадает со временем нашествия на Русь идолопоклонства.

Параллель этого опоганенного в Киеве места с афинским и рюгенским архонтом более чем очевидна: кровавые алтари идоложертвенных святилищ уводят нас к языческому Олимпу.

А потому все вышеизложенное прекрасно согласуется со страницами Ветхого Завета:

«…царь послал одного старца, Афинянина, принуждать Иудеев отступить от законов отеческих и не жить по законам Божиим, а также осквернить храм Иерусалимский и наименовать его храмом Юпитера Олимпийского…» [2 Мак 6, 1–2].

Но израильтяне отринули предложение эллинов осквернить отеческие святыни, отстояв свое право на вознесение молитв к Богу истинному. Самаряне же приняли предложение поганых:

«Во время владычества Антиоха Епифана самаряне, чтобы угодить этому царю, посвятили свой храм Юпитеру» [36] (с. 120).

Днем же недели, когда отмечается чествование этого б-га, является четверг:

«четверг = день Юпитера» [243] (с. 13).

Однако же всеизвестно, что:

«До Крещения Руси четверг считался днем главного языческого бога Перуна, в который ему покланялись и приносили жертвы» [128] (с. 586).

«Римский Юпитер (название это происходит от Йовис Патер) был очень похож на греческого Зевса. Прежде всего, он был богом света. Его часто называли Люцетий…» [121] (с. 227).

То есть Люцифер (Люце-вер)!

Между тем достаточно созвучно выглядит и параллель Явь=Яхве=Йовис. То есть и этот пучок, казалось бы, совершенно различных божков, на самом деле происходит от одной и той же сущности: древнего дракона — Люцифера — преобразившегося из некогда падшего ангела утренней зари, Денницы, в вершителя судеб преисподней.

Но и родство Зевса с Перуном также запротоколировано более чем четко:

«В одном из староболгарских переводов Александрии, сохраненной в русской переписи, еллинский громовержец Зевс, отец Александра Великого, поименован славянским Перуном» [243] (с. 14):

«сын божий, Перуна велика, царь Александр» [244] (с. 114–115).

И вот с кем наиболее сходны своими функциями инфернальные сущности, отображающие «б-га света» — Люцифера:

«По изображению и свойствам Перуна можно сравнить с греческим Зевсом или с римским Юпитером. Ибо подобно тому, как греки и римляне изображали Зевса и Юпитера с поражающею громовою стрелою, в таком же почти виде изображаем был Перун…» [36] (с. 420).

Вот что по этому поводу сообщает Цицерон:

«…когда в корабль Аякса [Аякс Оилид — один из участников войны греков против Трои. Возвращаясь на родину, прогневал богиню Афину, которая метнула молнию в его корабль — прим. редакц.] было брошено “кудрящееся Перуна пламя”, корабль воспламенился…» [551] (гл. 61).

Так что и Афина, наравне с Зевсом и Юпитером, имела единое для языческих богов оружие. А новообращенцы в чуждую им религию, что и вполне естественно, будут помнить не те имена б-гов, которые для них на самом деле чужды, но исключительно оружие этих б-гов. В данном случае именно Перун и является этим смертоносным оружием. А потому ушедшие в идолопоклонство люди, ранее имеющие совершенно иную культуру, воздают почести исключительно самому оружию, о чем и остались свидетельства нашей старины глубокой времен князя Владимира:

«Перуну воздавались кровавые жертвоприношения» [172] (с. 58).

Однако же прямая параллель с тем самым идолищем, которому Перун является оружием, расставляет все по своим законным местам:

«В греческом мире Зевсу воздавали самые большие почести… в его честь совершались таинственные обряды, требовавшие пролития человеческой крови» [121] (с. 63).

Совмещение эллинского Зевса с якобы римским Юпитером, на страницах Ветхого Завета названного к тому же еще и Олимпийским, позволяет весьма точно определить родословную этого чисто эллинского божка. Именно афинянин притащил сюда со своего Олимпа даже не Зевса, но именно Юпитера! Ведь исключительно по-гречески он имеет точно соответствующее данному божеству значение:

«Перунъ — (греч.) = громовая стрела» [36] (с. 419).

Потому и Афина, богиня войны, метала не что иное, как кудрящееся пламя Перуна.

На нашем же языке:

«Перу — …мою… попираю, топчу [Апок 11, 2]; давлю, выжимаю [Апок 14, 20]» [36] (с. 419).

То есть что-то вроде половой тряпки, но к этой громовой стреле ничего даже близко схожего. У эллинов же — буква в букву.

Вот что пишет о принадлежности к нам б-гов, перечисленных Нестором, самый еще первый исследователь русских летописей, Василий Татищев:

«На Руси же, может, у славян были те же или с другими славянскими названиями, но нам о них никакого известия не осталось…» [184] (Гл. 2).

И это было прекрасно и безапелляционно понятно исследователю нашей старины глубокой еще 300 лет назад!

«…а которых Нестор описал, то все суть названия сарматские или варяжские, как в летописи, № 151, показано» (там же).

То ест и все иные сегодня так называемыми «русскими язычниками» откуда-то набранные божки имеют переводы своих значений как и Перун — к кому угодно, но только не к Божьему народу Русы. То есть само слово язычник означает не только поганство, но и безусловную нерусскость.

Но как же в греко-римском мире защищались от Перуна?

Вот что сообщает, например, писатель античности Гай Светоний Транквилл о тиране Тиберии:

«…грома он боялся безмерно, и когда собирались тучи, всякий раз надевал на голову лавровый венок, так как считается, что этих листьев молния не поражает» [553] (гл. 69).

Ну, и как бы это уже у нас с Перуном могли бороться перунопоклонники, если не растет на Руси это теплолюбивое растение? То есть даже наличие лавра исключительно в странах Средиземноморья отодвигает принадлежность этого чудища заморского исключительно к ним. То есть не наше это божество — с какой стороны его ни рассматривай.

«Перун был страшным богом огромной власти. Но время его действия было ограничено — с первых до последних гроз… а затем он засыпал до следующей весны» [183] (с. 58).

И вот полная аналогия уже теперь греческого мифа о том самом боге, который впадает в спячку:

«Однажды под кедрами на вершинах Ливана Адониса растерзал дикий кабан… Афродита полила кровь возлюбленного нектаром…» [121] (с. 82).

Что делал на Ливане вроде бы как исконно греческий божок?

Так ведь там гора Ермон, а на ней ему устроено капище. Правда, местные жители называют его или Адонаем, или Гадом, или Ваалом! А вот эллины именно на Ермоне называют его Паном, а у себя дома Адонисом. И вот насколько его зимняя спячка оказалась родственной Перуну:

«Безутешная богиня отправилась к Зевсу с просьбой вывести душу возлюбленного из подземного царства и вернуть ее в прежнее прекрасное тело. Ее желание было исполнено, и с тех пор Адонис шесть месяцев проводил с Афродитой, а на вторую половину года возвращался к Аиду» [121] (с. 82).

«Хамос — (повелитель) = божество Моавитское, по мнению толковников, есть то же, что египетский Тамуз (егип. томсъ — погребенный) и греческий Адонис… По языческому (египетскому) сказанию, этот благодетельный бог (Озирис), путешествуя по земле, был убит злым Тифоном и брошен в Нил, но потом найден и погребен своею супругою Изидою. Ежегодно в июльское полнолуние женщины оплакивали смерть этого бога с различными печальными обрядами» [36] (с. 781).

А ведь праздник Перуну празднуется именно в июле.

«Нетрудно заметить тождественность культов Фаммуза, Адониса, Озириса. Но в данном случае самое важное — отчетливое сходство древних люциферианских мифов с преданием, легшим в основу ритуала масонских лож» [178] (с. 159).

А ведь магистр масонского ордена тамплиеров, сгорая в жутком пекле костра инквизиции, корчась в предсмертных судорогах от неимоверной боли, взывал к отмщению именно к нами отысканному божеству:

«Некам, Адонаи, некам!» [19] (с. 290).

Вот и запишем теперь это ставшее уже столь длинным уравнение: Адонай = Адонис = Озирис = Хамос = Гад = Ваал = Бел = Пан = Яхве = Юпитер = Явь = Зевс. А всему этому тождественен и якобы наш — Перун. Однако же общепризнанным местом обитания этого страшилища является именно Олимп. Вот где родина так называемого «русского» язычества, куда, словно магнитом, притягивает и нынешних неопаганистов:

«На основе лингвистического анализа, данных археологии, сравнительной мифологии Ю.Д. Петухов делает сенсационные открытия: боги греческого Олимпа — это русские боги» [96] (с. 34).

Здесь все сходится. Но только, отметим, с точностью до наоборот. Навешанные на наш народ немцами и Карамзиными божки и действительно: имеют место своей прописки исключительно на греческом Олимпе. Но именно оттуда на Русь приходили орды басурман, от которых и приходилось отгораживаться нам Змеевыми валами.

Но если наследников дохристианского вероисповедания князя Владимира интересуют в Греции имена своих кумиров, то наследующих древнее вероисповедание Святой Руси интересуют в этом регионе совершенно иные названия. Например, наименование полуострова, где некогда обитали научившие эллинов письменности спартанцы:

«Мория — (евр. страх Господень, служение Господу) = гора, на которой Бог явился Давиду и на которой создан храм Соломоном (2 Пар 3, 1; сн. Пс 14, 1; 19, 3–4; Быт 22, 1–19)» [36] (с. 317).

И если «страх» по-еврейски значит «мор» (теперь мы знаем, чего они больше всего на свете боятся), то «ия» или Ие — это и есть общепризнанное и для хананеев — Господь.

Иерусы, кем они себя попытались поименовать перед завоевателями, произнеся картаво — иевусы, — на их наречии означает — господствующие (очевидно, на всей земле) русы.

«И начал Соломон строить дом Господень в Иерусалиме на горе Мориа…» [2 Пар 3, 1].

Однако не только гора, где стоит Иерусалимский храм, носит такое название:

«Бог сказал: возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа…» [Быт 22, 2].

То есть, не просто гора, но и вся местность в окрестностях Иерусалима именовалась точно так же, как и земля, которую для своего пребывания избрали пеласги-спартанцы. Причем, похоже, все описываемые события на самом деле происходили не в нынешней Греции и даже не в нынешней Палестине, но в нынешних пустынях Африки. Именно там, судя по результатам исследований (см. [586]), и находились: как Древняя Греция, так и Древняя Палестина. Не слишком ли много кажущихся случайными совпадений, чтобы не стать, наконец, правилом, которое постоянно связывает топонимику мест проживания русского человека?!

При сопоставлении различных школ иконописи Мория упомянута в качестве отдельной страны:

«Как мы знаем, уже с середины XIV в. культурно-художественная жизнь в Византии начинает более активно развиваться на бывших «окраинах» империи: в Морее, на островах… в Македонии, в Сербии, в Болгарии» [130] (с. 137).

Между тем именно традиционно эллинизированные до мозга костей уже изначально языческие Афины в этом списке православных центров иконописи вовсе не упомянуты!

Так где же эта их столь хваленая тяга к изящным искусствам?!

Ее нет и в помине. Эта языческая страна так никогда и не была до конца просвещена светом Евангелия. И если крупнейший город античного мира, Афины, так и не сумел переориентировать свои, казалось бы, давно освоенные изящные искусства под высочайшие образцы христианской культуры, если второй по величине в Греции город, Салоники, при наступлении конца поклонению олимпийским кумирам не нашел в себе сил для попытки заимствования высших образцов графики соседствующего с ним монашеского Афона, то об общем уровне культуры этих самых «суть лукави греци» можно судить уже с куда как более определенной позиции. В этом суть эллинского этноса — его чисто национальная черта. Их боги, чье исповедание приписано нам, заключены в нынешних названиях их городов. Прекрасный вид на гору Олимп, например, открывается из греческого города Волос. То есть именно у них вид открывается. Но привязывают это чудище мифологи от истории исключительно к нам:

«Волос или Велес = имя славянскому идолу, бывшему при великом князе Владимире…» [36] (с. 92).

Но Владимир, что прекрасно известно, его откуда-то позаимствовал. Но теперь, приглядевшись хотя бы к карте Греции, мы видим — откуда. Вот где, как выясняется, находится родина огульно приписанного нам божка.

Языческих эллинов с Палестиной тоже соединяют топонимы. Вот где жили боги эллинов:

«…излюбленным их обиталищем были возвышенности Перии под Олимпом. Там цвели роскошные луга, которые никогда не знали косы, а на них паслись стада, принадлежащие богам. Теперешние греки рассказывают, что в горах Перии гнездятся злые духи, которые заблудившихся поражают безумием и сталкивают в пропасть» [121] (с. 72).

Здесь нет ничего удивительного. Если наши пеласги объединили место обитания Бога в Палестине и на Пелопоннесе, то эллины своих бесов из Перии Олимпийской отправили на местожительство в Перею у берегов Мертвого моря: к раввинам в Равву Аммонитскую, относящуюся к колену Гада, исповедующему в те времена Ваала — б-га аморреев на горе Ермон.

Таким образом, культура поклонения Яхве вновь высвечивает свое кровное родство эллинской части Греции.

И «черная хата» обнаруживает свое происхождение отнюдь не у нас, но в стране язычников — эллинов:

«Самым священным местом в каждом греческом доме был очаг. В древнейшие времена он находился в главной комнате, мегароне, между четырьмя столбами, а дым уходил через отверстие в потолке» [121] (с. 97).

То есть пещерный примитивизм у них царит практически во всем. Таковы основы их первобытнообщинной культуры, неизвестно за какие достижения кем-то теперь воспеваемой. Где варварство в домашнем обиходе всегда соседствовало с варварством их вероисповедания, нами именуемого поганством.

Но если поганство эллинов, разводящих посреди своего жилища очаг, выводя дым на улицу посредством дыры в потолке, теперь становится куда как более ощутимым и осязаемым чуть ли ни физически, то вот чем в построении своих жилищ прославились спартанцы. Побывавший в Московии в 1662­–1663 гг. в составе посольства гр. Карлейля, англичанин Гвидо Монт, сообщает об обычаях построения своих домов русскими:

«…эти бедные люди в своих постройках (за исключением печей) следуют правилу Ликурга, который желал, чтобы спартанцы строили свои дома только топором и пилой» [452] (с. 19).

Так что даже привычка строить себе жилища исключительно из дерева — и та у спартанцев чисто наша — русская. Что говорить за все остальное? А в особенности по части религиозной нетерпимости эллинов. О которой сказано:

«…еллины (греки), будучи идолопоклонниками, ненавидели христиан и монастыри их» [197] (с. 182).

Вместе с ересью иконоборчества именно эллинский язык сменил с VIII в. латынь в граде Царя Константина (более походит, что сменил он наш язык, так как латынь будет изобретена лишь не ранее XII в.).

Но и более тысячелетия до этого, еще во времена израильских пророков, самой богоборческой названа все та же нами разбираемая народность:

«…И ВОЗДВИГНУ ЧАДА ТВОЯ, СИОНЕ, НА ЧАДА ЕЛЛИНСКА» [7] [Зах 9, 13].

«…и воздвигну сынов твоих, Сион, против сынов твоих, Иония» [6] [Зах 9, 13].

То есть пророк Захария еще в VI в. до Р.Х. называет врагов Божьих еллинами, что в переводе этого же слова значится как дети Иавана — ионийцы.

В отличие от страны эллинских Перунов-Юпитеров, этой изначально языческой Аттики ионийцев, Мория спартанцев-пеласгов, именно в области изящных искусств, указана практически в одном ряду вместе с Болгарией, Сербией и Россией.

Между тем именно жителями Пелопоннесского полуострова велась ожесточенная девятилетняя война за независимость от Турции, в которой этот народ, с помощью России (Наваринское морское сражение 8.10.1827), одержал долгожданную победу. То есть во всей Греции лишь потомки Спарты оказались способны на военное противостояние захватчикам.

Но здесь следует все же учесть, что территория нынешней Греции совершенно не соответствует территории Греции Древней: полная невозможность этой маленькой гористой стране как-либо соперничать с величайшими империями мира видна просто невооруженным глазом. Ведь и сегодня Греция является слишком малонаселенной страной:

«…9 млн. чел. (1975)…» [168] (т. 3, с. 41).

А ведь территория так называемой классической Греции была и еще вдвое меньшей! То есть своей населенностью это могло быть лишь поистине карликовое государство, не способное претендовать на какую-либо роль в списке мировых держав. Мало того:

«Пелопоннес горист, следовательно, площади, пригодные к возделыванию сельскохозяйственных культур, были совсем невелики. На эту небольшую и крайне бедную территорию историки повесили Лаконию (Спарту), Коринф, Ахайю, Арголиду, Аркадию, Мессению, Элиду. Сколько кв. км приходится на каждое государство? В среднем по 2–3 тысячи кв. км гористой земли, практически не пригодной к сколько-либо интенсивному земледелию… По этому поводу недоумевают исследователи, которые не могут понять, как могут соотноситься археологические данные и реальные обследования скудной ресурсами местности в нынешней Греции с приписываемой ей богатой культурой. Исследователи называют государства, которые могли бы быть расположены на нынешнем Пелопоннесе, “карликовыми”, “миниатюрными”, находят их архитектуру явно заимствованной с Крита или из Северной Африки [580] (с. 69)» [66] (с. 218).

Но и это еще далеко не все:

«…историки нагрузили территорию нынешней Греции таким типом хозяйствования, который просто невозможен в этом районе» [66] (с. 219).

На каменистых склонах греческих гор просто негде высевать столь свойственную для древних цивилизаций культуру — пшеницу.

Мало того:

«…если верить “Илиаде”, то только с полуострова Пелопоннес на троянскую войну ушло более 200 судов» (там же).

Но для такой карликовой страны:

«Это практически невозможно, поэтому никто всерьез не принимает свидетельства “Илиады”, воспринимая ее как миф. Но причина этого не в “Илиаде”, а в том, что ее содержание не понято до конца» (там же).

Вот еще очередное несоответствие встречаем в греческой мифологии. Все свои подвиги Геракл, например, совершал исключительно на территории Пелопоннеса. И львов там никто никогда не видел. Мало того, археологами не обнаружено ни одной косточки этого южного животного. Однако же вот что значится в самом же первом подвиге этого персонажа из греческой мифологии:

«Геракл отыскал льва и выстрелил в него из лука... Геракл принес льва в Микены» [535] (гл. IV (6)).

Так что подвиги свои, судя по наличию имеющейся в этой местности фауны, Геракл совершал где-то в Африке. Именно там и находилась та самая Греция, которую принято именовать Древней.

Но кто же в те далекие времена жил на территории уже нынешней Греции? Ведь имеются же здесь древние останки какой-то цивилизации. Странное дело, но именно:

«Скандинавские саги соответствуют древней культуре нынешней Греции» [66] (с. 219).

Вот что можно сказать в нескольких словах о полном несоответствии той страны, которую всегда ставили нам в пример, ее нынешней территории. Мало того, становится и понятен полностью не соответствующий государствообразующей нации, которой принято считать Древнюю Грецию, и ее истинный дух, представляющий собой истоки самого варварского заблуждения всех времен и народов, — эллинизм.

Библиографию см.: СЛОВО. Серия 1. Кн. 3. Когда крестилась Русь http://www.proza.ru/2017/05/10/1001


Источник →

Ключевые слова: Книги
Опубликовал Алексей Мартыненко , 12.08.2017 в 11:47

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии
Комментарии Facebook

Последние комментарии

АЛИГАРХ АЛИГАРХ
Степан Соломенников
Алексей Мартыненко
Сергей Моисеев

Поиск по блогу

Люди

67559 пользователям нравится сайт myhistori.ru