Главный боевик Ленина Камо - армянин, негр и малаец в одном лице. Проблема германской психиатрии начала прошлого века

Сто лет назад немцам необходимо было решить – возвращать ли насильственно на Родину арестованного уроженца Грузии. Звали этого человека – Симон Аршакович Тер-Петросян (Камо). Правда, выяснилось это не сразу. В 1907 году в Берлине был задержан агент страхового общества Мирский. В его чемодане оказалось двойное дно, в котором хранились взрывчатые вещества.

Вскоре немецкие полицейские узнали, что их российские коллеги давно разыскивают этого человека – наиболее активного боевика большевиков.

Буйствовал. Избил прибежавших надзирателей


Разумеется, российские власти потребовали у Германии выдачи Камо. Но… в это время возникли сомнения в психической вменяемости арестанта. Для начала он озадачил следователя ответом на вопрос: «К какой национальности вы принадлежите»? Задержанный сказал: «По рождению я – армянин, но одновременно являюсь русским, грузином, немцем, французом, англичанином, малайцем, негром... Во мне – все нации мира». Привыкшим к точности немцам трудно было понять такое странное заявление. Но это были только цветочки. Однажды утром надзиратель обнаружил, что арестованный стоит у стены и, глядя безучастно в пол, ловит над головой кого-то. Когда надзиратель вошел в камеру, арестант повернулся к нему спиной, накрутил на палец клок волос и вырвал его из головы. Заключенным срочно занялись тюремные врачи. Через два месяца после того, как арестованный был заключен в камеру, доктор написал в «скорбном листке»:


«Буйствовал. Стоит в углу. Не отвечает». Через несколько дней появилась новая запись: «Разделся. Не отвечает ни на один вопрос. Вздыхает и стонет. Отказался от приема пищи. Затем начал буйствовать – сбросил со стола на пол посуду, а потом избил прибежавших надзирателей».


Разумеется, немецкие правоохранители прекрасно знали о том, что в России заключенного ожидает в случае выдачи виселица за все, им содеянное. И возможность симуляции психического расстройства они учитывали.


Его перевели в специальную лечебницу. Здесь медики решили проверить его психическое здравие холодом. Арестанта решили посадить на семь дней в подвал, где поддерживалась температура ниже нуля. В одном белье и босой он был отведен в подвал и там оставлен. Но арестант как будто не реагировал на холод. Он часами стоял у стены, совершенно неподвижный. Потом перестал есть, и кормить его приходилось насильно. Перестал спать, буквально две недели проведя на ногах. Попытался повеситься, и его с большим трудом вернули к жизни. Наконец, он перерезал себе вены костью, выловленной из супа. Казалось, что в безумии заключенного нет никаких сомнений. Врачи поставили диагноз – перед ними явный сумасшедший. Но прокуратура по-прежнему сомневалась. Камо перевели в другую клинику.


Стенька Разин – это город на Волге


Писатель Георгий Шилин так описал один из диалогов Камо с экспертом-психиатором:


«– Были в вашей семье случаи душевной болезни?
Больной вдруг заволновался, будто почувствовал острую ноющую боль. – Когда я был ребенком, – сказал он, – я был горячим патриотом. Это могут засвидетельствовать мой отец и покойная мать. Одна тетка, сестра матери, была очень нервная. Я боялся ее.
– Чем вы болели в детстве?
– Ребенком я охотно пил уксус и сильно кашлял.
– Назовите мне сибирскую реку, текущую к северу.
– Амур, Тобольск... впрочем, я все перезабыл. Раньше я мог показывать по карте с закрытыми глазами.
– Сколько в России губерний?
Больной молчал.
– Назовите город на Волге.
– Астрахань и Стенька Разин. Разве вы не читали Некрасова?».


Вновь врачебный персонал клиники констатировал у Тер-Петросяна умопомешательство анестетической формы, той формы душевного расстройства, когда человек теряет всякую чувствительность к боли. Вот по этому признаку и была проведена последняя проверка. Врач загонял иглу под ногти больному на каждом пальце рук и ног. Он, казалось, не реагировал. Раскаленное докрасна железо приложили к оголенному бедру испытуемого. И вновь он не реагировал. Существует версия о том, что один из врачей понял, что испытуемый колоссальным усилием воли просто подавляет боль. Врач заметил, что зрачки у испытуемого расширились. Значит – пациент их обманывает, он чувствует боль. Но доктор, совершенно потрясенный каким-то невероятным терпением арестанта промолчал... Но, несмотря на заключение медиков, немцы все же выдали Камо России. В сентябре 1909 года под охраной немецких полицейских Камо был доставлен на русско-германскую границу. Здесь его передали русским жандармам. Камо, закованный в кандалы, был доставлен под усиленным конвоем в Тифлис (Тбилиси), был помещен в тюрьму – Метехский замок. Казалось, уже ничего не сможет спасти Тер Петросяна от петли. Но немецкие социал-демократы подняли страшный шум по поводу выдачи «душевнобольного».


Казнить нельзя


Сам Петр Аркадьевич Столыпин, отнюдь не склонный миловать террористов, вынужден был написать наместнику на Кавказе:


«Нападки прессы на германское правительство не преминут усилиться, если Мирский будет приговорен к смертной казни. Министерство внутренних дел опасается, что это обстоятельство может оказать неблагоприятное для русских интересов влияние в вопросе о высылке русских анархистов». Наместник на Кавказе граф Воронцов-Дашков ответил Столыпину: «Что касается опасения министерства иностранных дел, что неминуемые, в случае осуждения Тер-Петросяна к смертной казни, нападки немецкой прессы на германское правительство могут оказать неблагоприятное для русских интересов влияние в вопросе о высылке анархистов, то соображение это мною будет принято во внимание при представлении на мою конфирмацию приговора военного суда о Тер-Петросяне».


Камо продолжал изображать сумасшедшего. Когда его привели на суд, на его плече сидел ручной щегол. Подсудимый заявил, что это его друг, которого он встретил летая в небе… Снова пришлось отправлять его в лечебницу.


Из лечебницы Камо сбежал, спустившись с верхнего этажа по веревке. Он потом рассказывал, что слишком рано отпустил веревку и едва не разбился при падении. После побега занялся любимым делом – экспроприациями. Когда его снова удалось задержать, эксперты заявили, что его «душевная болезнь» - симуляция. Казалось, что теперь-то он обречен на казнь.


Но была объявлена амнистии 1913 года в честь 300-летия дома Романовых. Смертный приговор заменили 20-летней каторгой…


Странная гибель


Фантастическая биография этого человека продолжала оставаться столь же невероятной. В годы гражданской войны он выполнял секретные поручения Ленина и лишь чудом оставался в живых в самых страшных ситуациях. В начале1918 года привез на Кавказ письма Ленина и постановление СНК РСФСР о назначении Степана Шаумяна временным чрезвычайным комиссаром Кавказа. В 1919 году Камо через Астрахань на рыбачьей лодке по морю доставил в Баку оружие и деньги для подпольной партийной организации и партизан Северного Кавказ. Но вот после победы большевиков он долго не прожил. В 1922 году ехал по Тбилиси на велосипеде и был насмерть сбит автомобилем. Нелепая смерть для человека с феноменальной реакцией. Да и автомобилей тогда в Тифлисе было очень немного. Многие современники, а впоследствии историки, задумывались о роли Сталина в гибели Камо. Земляки-горийцы, вместе грабившие казенные деньги на нужды партии, очень много знали друг о друге. Может быть, слишком много знающий Камо Сталину не был нужен живым? Кроме того, Камо был совершенно неконтролируемым человеком, признавая авторитетом для себя в партии одного Ленина. Что мог предпринять опытный боевик в обстановке внутрипартийной борьбы, соперничества Сталина, Троцкого, Зиновьева? Но каких либо серьезных доказательств причастности Сталина к его смерти обнаружить не удалось…


Максим Кустов

https://vpk-news.ru/articles/42816?utm_source=politobzor.net